Нашел интересный документ о каплице в деревне Корытница (к востоку от Березино). Первое упоминание 1800 год , следовательно каплица вероятно построена еще в 18 веке, по материалам униатской визитации. Крест тоже намекает на униатское прошлое. Внутри довольно много старинных икон, вероятно что-то даже сохранилось с того периода. Редкий образец для востока Беларуси. В интернете о нем ничего не обнаружил.
История группы
Пухаўшчына / Пуховщина / Puchaŭščyna / Ігуменскі павет / Ihumen / Игуменский уезд Генеалёгія/Генеалогия
- Участников
- 489
- Сообщений
- 173
- Тем
- 58
- Последний id
- 25941
- Обновлено
- 16 ноября 2026, 11:19
Тема: Краязнаўства / Local history · Страница 4 из 4 · 173 сообщений
Да, есть капличка в примечаниях к ПГМ 1800г
То выходит может в ней и Чарновского (создателя подводной лодки концепта) крестили)
Везде пишут 19 век но по факту она же 18
А можно пожалуйста номер документа откуда взят лист?
Конечно, РГИА 1350-312-89. Насчёт икон не знаю, унию же к 1840г по всей РИ запретили, а потом советы вообще религию запретили. Может местные и сохранили иконы с доправосланых времён, но это у них на месте надо уже узнавать.
Я посмотрел видеозапись одного мужчины внутри, так вот там тьма икон на стенах
Но еще интересней стало после одной записи
Это ведь Могилевский уезд
Речь вероятно об упорствующих
Территориально это граница Игуменского и Могилёвского. С учётом того, что край довольно глухой, то могли и сохранить что-то. Интересно было бы посмотреть что сохранилось и как выглядело. Удачной поездки!
Я посмотрел в интернете Белыничскую то к Могилевскому то к Игуменскому причисляли
А блин это Беличанская) неправильно прочитал)
Посетил каплицу в Корытнице , были там очень старые иконы их было довольно много но в 68-70 годах господа воры благополучно украли их и продали. Интересно, что на церковные праздники люди до сих пор верят в старые языческие поверия про змей (характерные для нашего региона). Одну очень старую нашел почти стерлась.
На праздник преображения господня местные которые считают себя православными говорят и думают не о религиозных вещах , а про то что в это время змеи вылазят из земли и это связано с праздником.
На воздвижение вот
Дед местной жительницы 1904 года говорил что даже на его время каплица была очень старая и никто не помнил когда ее построили
Ну я не знал так как городской в деревне редко бываю
Деревню Заямное создали в 1939 г. из хуторов, расположенных в хаотичном порядке в радиусе 2-3-х км. Раиса Викторовна (Боровик) Валенто 1936 г.р., родилась на хуторе Ванкевщина (возле Ратного), затем в 1939 г. их дом перевезли в деревню Заямное. Мать — Мария Фоминична (Вержбицкая) Боровик 1908 г.р. отец — Виктор Евдокимович Боровик 1894 г.р. сестра — Валя 1925 г.р. Из воспоминаний Раисы Виторовны (Боровик) Валенто: «В 1942 г. было холодное время года в первой половине дня деревню Заямное оцепили немцы (машины, техника, солдаты). К нам в хату пришли солдаты, сказали всем одеть теплую одежду и сесть за стол. Дома были мама, папа, моя сестра Валя (16 лет) и я (6 лет). Мы сели за стол, не понимали, чего от нас хотят. Папа немного знал немецкий (после 1МВ находился 3 года в немецком плену , работал на ферме. С ним работали еще украинец и белорус. Когда они узнали, что в России произошла революция и крестьянам выделяют клочки земли, они несколько раз устраивали побег, но их возвращали назад к хозяевам. Хоть их там кормили 5 раз в день и один раз в день давали пить кофе, они все равно сбежали). Так вот, папа подошел к солдату и заговорил с ним по-немецки. Тот удивился и ответил по-русски (по видимому это был полицай — немцы «такую грязную» работу сами не делали), что партизаны в этом районе у6или немецкого военного, и сейчас немцы проводят «операцию». Если найдут в деревне спрятавшегося партизана или оружие, то деревню уничтожат. Вскоре пришел другой полицай и сказал, что они уезжают. Все машины и солдаты направились в сторону деревни Микуличи. Люди вышли вслед за ними, а потом увидели огромное зарево над лесом в направлении Микулич. Я тоже видела это зарево. Все стали говорить, что это Микуличи горят. На следующий день стало известно, что немцы сожгли деревню Боровино. В этой деревне жила мамина родная сестра Александра Фоминина ВиктОрчик с семьей. Мама засобиралась туда проведать родных. Папа ее отговаривал, т.к. это было опасно, но она все равно пошла. Она добралась до деревни рядом с Боровино (я забыла название), в которой жила другая родственница, и та все ей рассказала. В Боровино в доме маминой сестры было два входа: парадный и черный. Когда началась война, парадный вход заколотили и пользовались черным входом. В тот день в доме находилась мамина сестра Александра Фоминична и ее сыновья Миша (10 лет) и Толя (6 лет). Когда в парадную дверь постучали, мама и Толя побежали к черному входу, и как только дверь открылась, раздался выстрел — это у6или маму. Толя рванул назад в комнату, где возле окна стоял Миша. Толя крикнул брату «Спасайся, маму у6или!», запрыгнул в щель между печкой и стеной, накрылся своим пальто и затаился. Он услышал еще выстрел, Миша упал и застонал. Каратели стянули с кровати матрас и подожгли его. Когда они ушли, Толя выбрался из-за печки, выскочил на улицу и побежал к тетке в соседнюю деревню. Как раз к этой женщине и пришла моя мама на следующий день… Моя мама предлагала Толе идти жить к нам в семью, но он не захотел — боялся. Говорил, что наш дом (в Заямном) находится близко от шоссе. Он пошел жить в семью своего дяди (родного брата своего отца) в деревню Борсуки (возле Ратного). После войны Толю пристроили в детский дом в Гомеле. Когда Толя вырос, он приезжал к нам несколько раз. Говорить о том, что он пережил в то время, он не любил. Он никогда не женился.»